…Библиотекарь — единственный из вас, кто бодрствует больше часа в день.
— Коэн, они все глубокие старики.
— Они сливки варварского сообщества!
— Коэн, они уже сыр.
— Они сливки варварского сообщества!
— Коэн, они уже сыр.
Мне надо поговорить со Стариком Винсентом… Так, память немного сдаёт. Из-за этого по дороге сюда он заварил небольшую кашу. Я всё твержу ему: Винсент, говорю, насилуют женщин, а поджигают дома…
Рассвет разумности озарил широкие просторы лица Колона.
Заведующий кафедрой беспредметных изысканий читал лекцию в аудитории 3Б, ну а его мирное похрапывание перед камином в магической зале было незначительной технической деталью.
Все виртуальные лекции походили в аудитории 3Б. Ни на одном из университетских планов данная аудитория указана не была, зато, как считалось, могла вместить в себя какое угодно количество студентов.
— Кто есть Великий Волшебник? Чудакулли задумался.
— Может быть, декан? — предположил он. — Поистине великий человек, столько жрать…
— Может быть, декан? — предположил он. — Поистине великий человек, столько жрать…
Чудакулли не знал, что такое страх, поскольку не имел воображения.
Ум лорда Хона был подобен ножу — пусть даже со слегка искривленным лезвием.
— Ты пьян, сержант?
— Ещё нет, сэр, — с чувством ответил сержант.
— Ещё нет, сэр, — с чувством ответил сержант.
Все гномы по своей природе исполнительные, серьёзные, законопослушные и глубокомысленные люди; их единственный крохотный недостаток сводитсяк дурной манере: опрокинув стаканчик, кидаться на неприятеля с диким воплем «А-аааааарх-хх!» и отрубать ему ноги по колено.